Трамп ушел, но трампизм остается.

5 февраля, 2021 | от analytics | в категориях: Аналитика, События в мире, Социология
Трамп ушел, но трампизм остается.
Аналитика
0

Будущее трампизма: как президент-республиканец стал политической глыбой вне партии.

Профессор Университета штата Теннесси Андрей Коробков

В начале ноября прошлого года демократы и многие другие представители американского политического истеблишмента могли, как казалось, вздохнуть с облегчением: кошмар, который преследовал их в течение предыдущих четырех лет, должен был закончиться. Президент Дональд Трамп, казавшийся абсолютно непобедимым еще в начале 2020-го, был тем или иным путем повержен и 20 января 2021 года должен будет оставить Белый дом.

Между тем эйфория элит и противников Трампа вскоре сменилась новым разочарованием: стало ясно, что он никуда особенно не уходит и оказывается вполне в состоянии остаться важной частью американского политического уравнения. Трамп всё более превращался в харизматичного лидера массового популистского движения, способного оказывать огромное влияние как на положение дел в Республиканской партии, так и в американской политической жизни в целом. Вопрос был только в том, в какой ипостаси это произойдет: будет он вновь баллотироваться на пост президента через четыре года, станет готовить к этой роли кого-то другого, не исключая и кого-то из своих детей, или превратится в гигантскую политическую глыбу, нависающую как над Республиканской партией, так и над американской политикой в целом.

На практике это означало, что к традиционным оппонентам президента немедленно добавилась и заметная часть республиканской партийной элиты, мечтающая, чтобы он не просто ушел из Белого дома, но и навсегда исчез из американской и республиканской политики. Некоторые из этих республиканцев, такие, как сенатор из Небраски Сассе, имеют не слишком скрываемые президентские амбиции. Другие, такие, как семейства Бушей, Чейни, Ромни, представляющие партийные «боярские роды», смотрят на Трампа как на выскочку, раскачивающего лодку и мешающего им восстановить контроль над аппаратом республиканцев. Третьи, избранные от округов и штатов с колеблющимся электоратом, — например, сенаторы Сьюзан Коллинс (Мэн) и Лиса Мурковски (Аляска) хотели бы видеть сдвиг партийной платформы к политическому центру ради своего собственного политического выживания. И всех их пугает популистское начало в действиях Трампа и его сторонников.

Можно даже не упоминать, что спят и видят уход президента его традиционные оппоненты — демократы в целом, элиты меньшинств, политический истеблишмент, бюрократия и, что особенно важно, четыре мощные олигархические группы: финансовый капитал, интернетные монополии, информационно-развлекательный блок (включая «элитные» СМИ и Голливуд) и фармацевтическую промышленность. Политика президента, направленная на дестабилизацию системы глобальной торговли, включающая ослабление ВТО, восстановление тарифных барьеров и торговую войну с Китаем, и имеющая целью восстановление реального сектора американской экономики, прежде всего обрабатывающей промышленности и сельского хозяйства, нанесла серьезный удар по интересам этих влиятельных игроков — а потому «Карфаген должен был быть разрушен».

На борьбу с Трампом были брошены огромные финансовые средства этих гигантов, контролируемая ими пропагандистская машина развернула массированную кампанию, направленную на дискредитацию и демонизацию президента и прославление его оппонента. И вот, когда цель, как казалось, была достигнута, оппонентов Трампа постигло новое разочарование. В ноябре-январе сторонники президента провели три многолюдных митинга в Вашингтоне и множество других — по всей стране. Трамп отказался признать результаты голосования и честность подсчета голосов — в этом его поддержали большинство республиканских политиков и более трех четвертей республиканского электората.

Нужно было действовать. Новая кампания против Трампа имеет четыре основные цели.

1. Дискредитация и демонизация президента на качественно новом уровне — если раньше целью было представить его в качестве непредсказуемого, безответственного и некомпетентного лидера, то теперь элитная пресса создает портрет Трампа-экстремиста и узурпатора, способного совершить государственный переворот.

2. Полное выталкивание президента из будущей избирательной политики. С этой целью инициирован второй импичмент, имеющий достаточно опереточную форму — если первый процесс против Трампа был начат через 86 дней после утечки информации о его контактах с руководством Украины и хотя бы формально опирался на данные официального расследования, то второй состоялся всего через семь дней после событий 6 января — при этом многие члены палаты представителей получили по 15 секунд для того, чтобы выступить при обсуждении предъявленных президенту обвинений.

И, даже несмотря на беспрецедентное давление и шок от событий 6 января, лишь 10 республиканских конгрессменов (менее 5% партийной делегации) проголосовали за импичмент президенту. Трудно ожидать, что обвинение получит необходимые для отстранения Трампа от должности голоса 17 республиканских сенаторов. Многие из тяжеловесов партии очень хотели бы, чтобы он исчез, однако большинство также понимает, что голосование за импичмент может оказаться для них самих «поцелуем смерти» — сторонники Трампа никогда не простят им и будут добиваться поражения таких «отступников» во время партийных праймериз. Тем не менее не следует забывать и о 14-й поправке к конституции. Принятая вскоре после Гражданской войны, она дает право конгрессу лишить политических прав лиц, виновных в подрывной деятельности, направленной на свержение государственного строя.

3. Полное удаление президента из информационного поля путем блокировки его аккаунтов в социальных сетях — по иронии, сделав это, интернетные монополии насторожили значительную часть американского общества и серьезно напугали и те самые элиты, которые страстно желали ухода Трампа. Они показали свою способность полностью контролировать информационное поле независимо от желаний государства и элит — а потому не исключено, что для сетевых олигархов этот шаг станет пирровой победой и приведет к введению антимонопольных мер в информационной сфере — на этот раз самими демократами.

4. И, наконец, разорение Трампа с целью лишить его финансовой самостоятельности и независимости. Мы уже являемся свидетелями начала этой кампании: выталкивание бизнесов Трампа из родного ему Нью-Йорка, блокировка финансирования его бизнес-проектов банками, возбуждение судебных исков против бизнесов и членов семьи президента. Можно ожидать быстрой эскалации этого процесса в недалеком будущем.

Удастся ли организатором этой кампании достичь своих целей и полностью задавить президента? Вряд ли. С одной стороны, Трамп — упорный, амбициозный и целеустремленный лидер, который не просиживал штаны в Вашингтоне, а всю свою жизнь действовал в жесткой среде частного бизнеса. Во вторых, его политика продолжает находить поддержку среди сторонников, представляющих широкую коалицию: помимо реального сектора экономики в нее входят малый и средний бизнес, белый средний класс (как и растущая группа представителей испаноязычных, азиатов и ряда других меньшинств), а также значительная доля сотрудников правоохранительных органов и военнослужащих.

Само появление фигуры Трампа, воспринимавшееся элитой как странная аберрация, явилось следствием всё углубляющегося системного кризиса и нарастающей поляризации американского общества, развивающихся на трех уровнях:

– нарастающий разрыв между богатыми и бедными, особо гротескным выражением которого стало появление на волне глобализации маленькой группы сверхбогатых интернетных и финансовых олигархов с состоянием в свыше $100 млн, для которых даже «обычные» миллиардеры типа Трампа — мелкая рыбешка. Совмещая огромное богатство с монопольным контролем информационных потоков, они всё более предъявляют претензии и на неограниченную политическую власть;

– распространение интернета и социальных сетей резко меняют правила политической игры, делая возможными как манипуляции с избирательными технологиями, так и переход от представительной к прямой демократии — с одной стороны, это делает шатким и трудно предсказуемым положение огромного блока политических элит, прежде всего законодателей на всех уровнях, усиливая их подозрительность по отношению к чужакам. С другой, возможность прямого взаимодействия политических лидеров с электоратом и населением в целом, усиливая позиции харизматичных политических лидеров и возглавляемых ими движений, ведет к росту политического популизма;

– углубляющийся раскол американского общества на основе таких факторов, как раса, этничность, пол, сексуальная ориентация. Инициированная в 60-е годы прошлого века система «позитивного действия» была направлена на ликвидацию последствий дискриминации представителей многих групп населения страны. Однако последовательное расширение числа подобных групп и быстрые изменения в составе американского населения привели к росту нервозности белого большинства. В настоящее время белые составляют около 60% населения США. Между тем примерно в 2045 году их доля опустится ниже 50%. Трамп эффективно сыграл на этих опасениях белого большинства, пообещав им сохранить его роль в жизни американского общества и начать урезать льготы для меньшинств.

А потому надежды на то, что с его уходом из Белого дома исчезнет и трампизм как политическое движение, кажутся малообоснованными — у него глубокие социальные корни. Способствуют сохранению жизнеспособности трампизма и первые шаги победившего демократического большинства — несмотря на декларировавшиеся Джо Байденом цели национального примирения и компромисса, меры, направленные на преследование участников событий 6 января, сторонников Трампа в целом и ограничение свободы слова приведут к дальнейшей поляризации в стране и сжиманию пространства для компромисса.

Между тем Трамп, видимо, будет стремиться к достижению двух основных целей:

– организационному оформлению и укреплению движения своих сторонников — будь то внутри или извне Республиканской партии: в условиях американской мажоритарной избирательной системы и наличия президентства как «суперприза» наличие сильной третьей партии в течение относительно длительного времени оказывается маловероятным. Поэтому в реальности либо такое движение трампистов будет развиваться внутри Республиканской партии, оказывая давление на ее руководство, либо одна из этих партий будет вынуждена достаточно быстро сойти со сцены;

– формированию альтернативных каналов информации — как телевизионных каналов, так и социальных сетей, представляющих точку зрения правоцентристских групп населения и разбивающих существующие информационные монополии. Учитывая опыт Трампа в деловой сфере и шоу-бизнесе, это вполне разрешимая для него задача.

Ближайшее будущее покажет, готов ли Трамп к дальнейшей борьбе и сможет ли он вновь преодолеть ожесточенное сопротивление истеблишмента. Ясно одно: надежды последнего на то, что с уходом президента из Белого года трампизм умрет и «всё будет, как при бабушке» вряд ли оправдаются.

Автор — эксперт «Валдая», профессор Университета штата Теннесси.

iz.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *