Россия возвращается к традиционной модели семьи.

Россия возвращается к традиционной модели семьи.
Аналитика
0

Кризиса семьи в России нет.

Лекция прочитана в рамках цикла «Мифы российского общества», организованного Фондом Егора Гайдара.

Юлия Лежнина.

Добрый вечер, друзья! Рада приветствовать тех, кто пришел сегодня, чтобы поговорить со мной о том, как трансформируются российская семья и гендерные роли в ней.

Скажу пару слов о себе. Я работаю в Высшей школе экономики в Институте социальной политики и в Институте социологии РАН. Я — социолог. Более того, социолог-структурщик. Мне интересны массовые сдвиги, которые происходят в нашем обществе. В этой связи я предлагаю вам сегодня больше обращать внимание не на цифры, а именно на тренды, которые описывают социальную динамику, наблюдающуюся в нашем обществе. Я буду ссылаться на данные Института социологии РАН за разные годы. То есть я буду апеллировать к тому, что происходило еще до 2000-х годов, потому что исследования у нас велись, но цифры буду показывать, в основном, начиная с 2001-го и заканчивая 2017 годом.

Социологи любят погружать все процессы, которые они изучают, в определенный контекст, потому что для того, чтобы что-то интерпретировать, нужно задать определенную рамку, к которой будет привязана та или иная динамика. Я не буду отдельно акцентировать ваше внимание на терминах и концепциях, но в целом я буду говорить о модернизационной динамике и о смене основных социокультурных паттернов. Что я имею в виду? Общество меняется. Наше российское общество меняется наряду со всеми другими. И меняется оно в абсолютно разных ипостасях. Меняется система экономических отношений, меняется система производственной сферы. Мы видим определенную динамику институтов в политической сфере, и точно так же мы видим смещение определенных социокультурных аспектов, которые проживает российское общество. Мы говорим о том, что наблюдается динамика культурных паттернов. Из состояния традиционного, которое ориентировано на воспроизводство системы как таковой, мы переходим в какое-то новое состояние. Состояние современное или модернизированное.

По большому счету этому переходу сопутствуют такие процессы, как рационализация сознания населения и трансляция этого процесса в различные активности — в социальной, экономической, культурной сферах. Это в первую очередь повышение толерантности к многообразию и вообще появление всяческого плюрализма. И в общем-то сегодня я вам покажу, как развиваются плюрализм и многообразие различных форм жизни в семейной сфере. Иногда я буду отсылать к такому термину, как демографическая модернизация, потому что демографическая сфера — это тоже та сфера, которая изменяется по ходу общего процесса модернизации, и в демографическую сферу также проникают новые культурные образцы, которые трансформируют паттерны, связанные с рождаемостью, брачностью и так далее. Именно об этой модернизации, которая затрагивает очень многие сферы жизни, мы и будем сегодня говорить применительно к семье и гендерным ролям.

Очень часто мне задают вопрос, он всегда едва ли не первый: у нас кризис семьи, когда семья исчезнет как таковая? Но что это вообще за кризис? О чем мы говорим? В общем-то кризиса семьи как такового нет. Семья для россиян важна. Была, есть и будет. В этой связи очень важно разделять такие вещи, как семья, брак и какие-то другие институции, связанные с семьей. И если мы говорим именно о семье, то ее ценность не ослабевает ни в российском обществе, ни на постсоветском пространстве. Семья продолжает быть ценностью. Вопрос только в том, какой ценностью она является.

Семья составляет неотъемлемую часть жизненного успеха. Около 80% населения — в разные годы цифра может отличаться — говорят, что для жизненного успеха нужно иметь счастливую семью. Для трех четвертей населения семья — это предмет гордости. Семья важна, но при этом она не является достаточным условием для того, чтобы считать свою жизнь успешной. Наличие счастливой семьи — это некоторое необходимое, но не единственное условие для того, чтобы каким-то образом себя позиционировать. В целом россияне себя не позиционируют через семейные роли — мужа, жены, матери, отца и так далее.

Поэтому семья — это базовый элемент жизненного проекта россиян, но это не сфера приложения усилий. В отличие, например, от карьеры. Мы говорим, что мы строим карьеру, прилагаем усилия, через карьерные достижения мы представляем себя этому миру. Семья же из терминальной ценности становится инструментальной. И чем дальше, тем больше мы сталкиваемся с тем, что достижительные установки в плане семьи у населения не выражены. Эта некоторая девальвация достижения счастья в семейной сфере локализуется в первую очередь в тех точках, где привычно размываются традиционные образцы. Это — мегаполисы, это — молодежь, это — высокообразованное население. И это в общем-то достаточно стабильная на протяжении последних лет история.

Несколько другой процесс происходит с такой институцией, как брак. Когда я говорила о том, что кризиса семьи нет, это не значит, что брак также сохраняет свою значимость в жизни россиян. С браком происходят трансформации. Это уже достаточно хорошо проработанная, активно изучаемая и обсуждаемая тема: каким становится брак, как население относится к официальному браку. А он действительно постепенно размывается. Все более лояльным и толерантным становится отношение к разводам, к так называемому гражданскому браку или сожительству, к множественности браков и так далее. Кстати, если мы говорим о гражданским браке и сожительстве, то сегодня для россиян это такая проба пера, предварительный этап перед тем, как вступить официально в семейную жизнь. Но процесс затягивается, а в случае второго брака вообще рискует не перейти в формальную стадию. Отложенная регистрация брака, отложенное рождение детей — с этим мы и имеем дело.

Отдельная история с семьей расширенной. Хотя это последний бастион, который сдает какие-то культурные паттерны, свою значимость расширенная семья для россиян потихонечку начинает терять. То есть расширенная семья все меньше и меньше рассматривается как непосредственный, постоянный круг общения. Пока еще около трех четвертей — 70% — населения постоянно общаются с семьей, которая не входит в состав домохозяйства, то есть проживает отдельно. Но в базовом понимании семья сегодня — это нуклеарная семья, которая проживает одномоментно в одном домохозяйстве.

Следующая норма для семейной сферы — это дети. Дети были и продолжают быть нормой. Более того, на текущий момент нормой продолжают быть двое детей. И опять же воспитать хороших детей россияне в своей жизни планируют. Для них это кажется вполне решаемой задачкой. Вот есть семья, она входит в мой жизненный проект, есть дети, они тоже входят в мой жизненный проект. Безусловно, мы сталкиваемся с различными явлениями типа чайлдфри, которые набирают обороты. Но, еще раз оговорюсь, я, как социолог-структурщик, в первую очередь интересуюсь достаточно массовыми явлениями и тенденциями. И на сегодня мы остаемся все теми же традиционалистами в вопросах рождения детей, их количества и так далее.

Как в целом живут российские семьи? Живут они, конечно, по-разному, но сами говорят, что хорошо. Чтобы там ни происходило в сексуальной сфере, с материальными проблемами, которые, кстати, очень сказываются на отношениях в семье, с детьми в целом все хорошо. В крайнем случае удовлетворительно. Но все-таки доминирующие оценки — хорошо. Хотя не без проблем. Проблемы в семье — это одна из самых популярных позиций, с которыми сталкиваются семьи. Они всегда в пятерке. Особенно остро эта динамика нарастает, когда речь идет о кризисных моментах, потому что проблемы в семье очень связаны с другими проблемами, например, материальными.

Что мы наблюдаем в гендерной расстановке семьи? И как складывается динамика в этой области на протяжении последних лет? Давайте поговорим о роли кормильца. Это одна из первых ассоциаций, которая приходит в голову, когда мы говорим о гендерной расстановке в семье. Есть супруг, есть супруга, муж и жена. Обычно мужчина — кормилец, женщина — хранительница очага. Это традиционная установка. Что происходит сегодня? В целом все похоже в том плане, что мужчины продолжают доминировать в роли кормильца. Но женщины уже тоже вносят достаточно заметный, а иногда доминирующий вклад в бюджеты российских домохозяйств. Особенно если мы говорим о старших возрастах. В совсем старших возрастах, понятно, может быть влияние пенсий, когда есть нетрудовой доход и он является основным. После карьерного пика женщины начинают вносить даже заметно больший вклад в семейные доходы как кормилец.

Что касается такой ролевой расстановки, как принятие решений в семье, — это  немножко другая история. Опять же традиционный расклад: есть мужчина, который принимает решения, берет на себя ответственность, он — лидер, и ведомая женщина. Какой же современный расклад? А современный расклад не очень понятный. Если на тему кормильца мы можем однозначно сказать, что или мужчина, или женщина, или какая-то смешанная система, то в части принятия решений мы получаем большую линейку вариативности.

Назад к традиционной семье

Что происходит с традиционной моделью, классической, патерналистской? Она расцветает пышным цветом. И если до 2000-х годов динамика была обратной, то есть традиционные модели потихонечку сужались и давали простор современным моделям принятия решений, то сейчас все наоборот.

Мы называем это ренессансом традиционализма или демодернизационным откатом. Но это — правда, и это стабильно, из года в год, наблюдается с начала 2000-х годов. Если мы сравниваем восприятие этих моделей мужчинами и женщинами, то мужчины в большей степени традиционалисты. Они любят, когда им отводятся лидирующие позиции в принятии решений. В то время как женщины хотят хотя бы пообсуждать. Если мы говорим о том, как складывается ситуация в динамике, то мужчины потихонечку прислушиваются к этому женскому запросу. И среди них доля тех, кто ориентирован на консенсусное или прагматическое принятие решений, увеличивается. Женщины же в какой-то момент, а именно в начале 2000-х, встали, оглянулись, подумали и развернулись на 180 градусов. То есть сначала женщины настаивали на том, что их роль в принятии решений в семье должна нарастать в связи с их функциональной грамотностью, потребностью, необходимостью и правом в принятии решений. И они подтягивали мужчин за собой. Сейчас же мужчины прислушались и идут навстречу, а женщины развернулись.

Этот демодернизационный откат ярче всего наблюдается именно в среде женщин. А если покопаться еще глубже, то в среде молодых женщин из крупных городов и благополучных социальных слоев. Наиболее ярко эти развороты, которые как-то колебательно присутствуют в нашей жизни, видны в кризисные периоды. Когда мы сталкиваемся с проблемой, особенно с экономическим кризисом, она подрывает в том числе семейную ситуацию. Я уже говорила о том, что проблемы материального характера связаны с тем, как складываются отношения в семье, возникают ли проблемы в семье и так далее. И вот эти наши экономические шоки заставляют задуматься и сделать некоторый крен в сторону традиционных установок.

Сейчас можно утверждать, что традиционалистские паттерны укоренены в нашем обществе. И сколько бы мы ни говорили о модернизации, в том числе в семейной сфере, об эмансипации, о роли женщин и о том, что мы точно идем в сторону выравнивания позиций мужчин и женщин в вопросах распределения ролей в принятии решений в семье, скорее, мы пока нащупали какую-то точку равновесия. Да, безусловно, модели вариативны, и мы ищем разные опции, но доминирует в нас традиционная установка.

kommersant.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *