Мусорная реформа в России буксует — это может стать угрозой для социальной стабильности в стране.

Мусорная реформа в России буксует — это может стать угрозой для социальной стабильности в стране.
Аналитика
0

Грязь большого города.

Часть первая — о том, почему в России 90% бытовых отходов гниет на мусорных полигонах и как жители и активисты борются с нелегальными свалками, а чиновники — с мусорщиками.

В России идет «мусорная» реформа, которая принципиально изменит систему обращения с отходами. Главные вопросы — что делать с мусорными полигонами, строить или не строить мусоросжигательные заводы и как организовать переработку — столкнули власти, экспертов и жителей.

Чтобы объяснить, почему в Москве до сих пор не стало нормой складывать мусор в контейнеры для раздельного сбора пластика, стекла и бумаги и некуда сдать отработанные батарейки, придется вернуться почти на 20 лет назад. В 1998 году в России был принят запоздалый, но критически необходимый 89-й федеральный закон «Об отходах производства и потребления». Его главной задачей было вывести из теневого сектора деформированную с 1990-х годов систему обращения с мусором, которая к тому моменту на всех этапах контролировалась криминальными структурами. Закон устанавливал правила контрольно-надзорной деятельности, соответствие санитарным нормам и природоохранному законодательству, но никаких экономических показателей и положений о создании стимулов для сокращения образования отходов, введения системы раздельного сбора и создания мусороперерабатывающих производств в нем не было. Отходы складировались на полигонах, и на тот момент всех это устраивало.

Но объем мусора с тех пор сильно вырос и продолжает расти — в среднем по России на 3% в год. В Москве и области проблема стоит особенно остро из-за высокой плотности населения: здесь живет более 19,8 млн человек, которые ежегодно производят 11 млн тонн твердых коммунальных отходов (ТКО). Полигоны, на которые с советских времен свозился весь этот мусор, сейчас уже переполнены. Если учесть, что на одну легальную свалку приходится две нелегальные, сложившаяся ситуация грозит экологической катастрофой. Москвичи пытаются бороться с помойками, которые стихийно вырастают вблизи их домов, но поддержку у городских властей они часто не находят. Ведь признавая существование незаконной свалки, город как собственник земли обязан ее рекультивировать. А это очень дорогое удовольствие.

Как москвичи борются с нелегальными свалками.

В 2014 году активисты Народного совета района Печатники в Москве после серии звонков местных жителей обнаружили по другую сторону реки от парка «Коломенское» огромную нелегальную свалку. Ее площадь оценивается в 5 га. Находится она всего в 50 м от воды. Лишь в 2015 году после публикации фотографий свалки блогером Ильей Варламовым в своем ЖЖ и репортажей в СМИ власти пообещали закрыть полигон. Тем не менее еще несколько месяцев завоз мусора продолжался.

Кто стоял за созданием этой нелегальной свалки, до сих пор неизвестно: в октябре 2016 года ГУ МВД России по Москве отказалось возбуждать уголовное дело в связи с «отсутствием события преступления». Ранее, в марте 2016 года, отдел судебных приставов ЮВАО объявил о закрытии производства, так как несанкционированная свалка была ликвидирована, хотя этого не произошло до сих пор.

Добиться вывоза мусора за пределы Москвы Народному совету района Печатники так и не удалось: власти приняли решение законсервировать свалку, построив на ее месте парк экстремальных видов спорта. На это столичные власти обещают потратить 1,7 млрд руб.

То, что 89-й федеральный закон безнадежно устарел, стало ясно еще в 2010 году, поскольку большинство мусорных полигонов уже тогда исчерпали свои мощности, а неэффективность такой системы утилизации отходов была очевидна всем. В 2011 году началась работа по изменению законодательства в области обращения с отходами. Именно тогда и возникла ситуация, которая сейчас превратилась в проблему, блокирующую ход «мусорной» реформы. Переписывать закон об отходах начали одновременно в двух структурах: в Совете федерации и в Министерстве природных ресурсов. Впоследствии эти две законодательные инициативы, как две встречные волны, поглотили друг друга.

В 2014 году поправки в 89-й федеральный закон «Об отходах производства и потребления» все-таки были приняты. Приняты оперативно и наспех, без опоры на серьезные исследования, на которые требуется много времени и участие большого количества специалистов. Среди несомненных плюсов новой редакции закона — то, что в нем указана четкая иерархия приоритетов по обращению с отходами, принятая в развитых странах. Выглядит она так:

максимальное использование исходных сырья и материалов;
предотвращение образования отходов;
сокращение образования и снижение класса опасности отходов в источнике их образования;
обработка отходов;
утилизация отходов;
обезвреживание отходов.

В законе появились такие понятия, как региональный оператор и территориальная схема (террсхема). Логика закона заключается в том, чтобы ввести РОП и аккумулировать в бюджете деньги от экологического сбора, потом в каждом регионе на конкурсной основе выбрать регионального оператора по обращению с отходами и разработать территориальные схемы, на которых должны быть указаны все объекты по сортировке, переработке и утилизации мусора. Проблема в том, что подготовка террсхемы — это длительная комплексная работа с привлечением целой армии специалистов в разных областях, от технологов до экологов. А регионам на эту работу было отведено всего полгода. Опрошенные “Ъ” эксперты признаются, что за это время было невозможно создать продуманную схему по обращению с отходами и привлечь достаточное количество специалистов в этой области. В результате, согласно заключению Совета при президенте РФ по правам человека, все субъекты федерации разработали свои террсхемы с нарушением закона об отходах.

В Минприроды Московской области заявили, что по ходу развития реформы террсхема по Подмосковью от января 2016 года будет уточняться, но основная стратегия здесь сформировалась давно и состоит в том, чтобы уйти от практики полигонного захоронения. В Подмосковье мероприятия по закрытию существующих полигонов идут с 2013 года — из 39 перестали работать уже 24. В террсхеме региона отмечается, что «в отсутствие инвестиционных мероприятий по строительству и модернизации полигонов существующие емкости для размещения твердых коммунальных отходов будут исчерпаны менее чем за четыре года». Один из самых крупных — полигон «Кучино» в Балашихе — был закрыт 23 июня по личному распоряжению президента. Еще два — в Чеховском районе (полигон «Кулаковский») и Пушкинском («Царево») — общей площадью около 30 га перестали принимать мусор в сентябре.

В этом же году подмосковные власти обещают приступить к рекультивации закрытых полигонов — «Каширского» (около 10 га), «Быково» (около 9 га) и «Электросталь» (10 га). Затраты только на эти три объекта оцениваются в 1,8 млрд руб.

kommersant.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *